DObaner

cpi

blind2

opros

Писатели о Ф. М. Достоевском

Достоевский для многих оставался и остается неоднозначным писателем. Безусловно, его труды заслуживают внимания, но многие читатели готовы признать, что очень сложно читать Достоевского и очень тягостное впечатление оставляют его романы.

Для объективной оценки творчества писателя обратитесь к мнению авторитетных писателей

Антуан де Сент-Экзюпери открыл для себя Федора Достоевского еще в юности:

“В пятнадцать лет я напал на Достоевского, и это было для меня истинным откровением: я сразу почувствовал, что прикоснулся к чему-то огромному, и бросился читать все, что он написал, книгу за книгой, как до того читал Бальзака”.

Габриэль Гарсия Маркес неоднократно упоминал Достоевского в своих интервью:

“Достоевским я зачитывался, даже в очень плохих переводах. Позднее я прочитал его по-французски, на французский его переводили русские, их переводы были гораздо лучше испанских. Я думаю, что для любого писателя в мире русские романисты — основа основ…”.

Вся японская литература говорила о сложности человеческой жизни, о человеческих страданиях, поэтому неслучайно любовь японских авторов к Достоевскому. Вот что говорит о нем Харуки Муруками:

“Моя цель – “Братья Карамазовы”. Написать что-то подобное – вот пик, вершина. “Карамазовых” я прочел в возрасте 14-15 лет и с тех пор перечитывал четыре раза. Каждый раз это было прекрасно. В моем представлении это идеальное произведение“.

Альберт Эйнштейн почти боготворил Достоевского:
“Достоевский дал мне больше, чем любой мыслитель, больше, чем Гаусс!”
А Гаусс дал Эйнштейну как ученому очень многое.
“Мне нет надобности заниматься для этого литературным анализом или исследовать какие-нибудь психологические тонкости — ведь все равно все подобные исследования никогда не проникнут в ядро такого творения, как “Братья Карамазовы»”.

В своей книги “Праздник, который всегда с тобой” отдает дань Достоевскому и Эрнест Хемингуэй:

“У Достоевского есть вещи, которым веришь и которым не веришь, но есть и такие правдивые, что, читая их, чувствуешь, как меняешься сам,- слабость и безумие, порок и святость, одержимость азарта становились реальностью, как становились реальностью пейзажи и дороги Тургенева и передвижение войск, театр военных действий, офицеры, солдаты и сражения у Толстого”.

Но в дальнейшем разговоре со своим другом он признается:

“Я все думаю о Достоевском,- сказал я, - как может человек писать так плохо, так невероятно плохо, и так сильно на тебя воздействовать?”

И далее: “Достоевского перечитывать нельзя. Когда в Шрунсе мы остались без книг, у меня с собой было “Преступление и наказание”, и все-таки я не смог его перечитать, хотя читать было нечего. Я читал австрийские газеты и занимался немецким, пока мы не обнаружили какой-то роман Троллопа в издании Таухница”.

Неоднозначная оценка, не правда ли?

А вот совершенно однозначную оценку творчества писателя дает Владимир Набоков в своих лекциях по русской литературе:

“Я испытываю чувство некоторой неловкости, говоря о Достоевском. В своих лекциях я обычно смотрю на литературу под единственным интересным мне углом, то есть как на явление мирового искусства и проявление личного таланта. С этой точки зрения Достоевский писатель не великий, а довольно посредственный, со вспышками непревзойденного юмора, которые, увы, чередуются с длинными пустошами литературных банальностей.

kultura rf

god ekologii

 

 

 

baner nezavis ocenka kachestv

muzey

Библиотеки области

NGONB

 NOUB

 NODB

 NOSB

Электронные ресурсы

NEB

UNIVER

 bibliorodina

Платные электронные ресурсы

Smi

 min ku RF  min ku NSO  LiBRARY.ru

CHentr Libnet  RBA  litres

Copyright (c) МКУК "Централизованная библиотечная система " г. Куйбышева 2012-2016 год. Все права защищены.
Designed by olwebdesign.com
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru